Торговля дикими животными становится главным фактором оскудения природных экосистем

Эколог и защитник природы Дэвид Уилкоув, посетивший в 2012 г. индонезийский остров Суматра с целью изучения диких популяций птиц, с удивлением заметил, что во всех лежавших на его пути деревнях почти у каждого дома были вывешены клетки с разнообразными пернатыми, которых он рассчитывал увидеть только в лесу. В Индонезии птиц в клетках держит каждая пятая семья. «А как этот обычай отражается на самих животных?» — задумался ученый.

Для того чтобы ответить на этот вопрос, Уилкоув, работающий преподавателем в Принстонском университете, решил изменить запланированный маршрут и наведаться на птичий рынок «Прамука» в столице страны Джакарте — крупнейший рынок птиц и прочей живности в Юго-Восточной Азии. «Я оказался на огромной площади, заставленной сотнями прилавков и ларьков с десятками клеток в каждом, — вспоминает ученый. — Множество птиц пребывали в самом плачевном состоянии — с явными признаками болезней и сильно потрепанным оперением. Они либо едва шевелились, либо как сумасшедшие метались по клеткам — ведь большинство этих пернатых были дикими существами, совершенно не приспособленными к жизни в неволе». Некоторые из них относились к видам, сохранить которые в вольерах не удается даже высокопрофессиональным сотрудникам зоопарков. Вскоре после покупки большинство таких птиц погибают. «Зрелище было поистине шокирующим, — замечает Уилкоув. — Никогда прежде мне не доводилось видеть ничего подобного».

Дальнейшие исследования, проведенные Уилкоувом и его коллегами, выявили четкую связь между спросом на пернатых на индонезийских птичьих рынках и снижением численности многих их видов в дикой природе. В статье, опубликованной в 2015 г. в журнале Biological Conservation, авторы предположили, что уровень рыночных цен на птиц может служить более своевременным сигналом о снижении их численности в природе, чем даже полевые исследования. Так, когда средняя цена на белопоясничных шама-дроздов, высоко ценимых в Индонезии за прекрасное пение, взлетела в промежутке с 2013 по 2015 г. на 1500%, защитникам природы сразу же стало ясно, что в природе эти птицы быстро исчезают.

Последующие полевые исследования, выполненные в Индонезии одним из соавторов опубликованной в 2015 г. статьи, Бертом Харрисом, вообще не обнаружили каких-либо признаков присутствия шама-дроздов даже в таких, казалось бы, глухих местах обитания, как леса, находящиеся в 5 км от ближайших дорог. Особенно большие деньги покупатели предлагают за шама-дроздов из уязвимых островных популяций. Сегодня некоторые из таких популяций признаны учеными самостоятельными видами, но коллекционеров интересуют прежде всего такие признаки их представителей, как длина хвоста и своеобразие пения. Торговля дикими животными «вполне может привести к вымиранию некоторых видов — даже если они обеспечены подходящими местами обитания, — отмечает Уилкоув, — и никто при этом даже ничего не заподозрит».

Проблема, к сожалению, не только в птицах. И она не ограничивается Индонезией или какими-либо другими развивающимися странами. В значительной степени торговля дикими животными обусловлена спросом на этот «товар» со стороны коллекционеров США и Европы. По некоторым оценкам, в аквариумы США ежегодно переселяются примерно 14 млн рыб и других обитателей морских коралловых рифов. А в общей сложности американские торговцы каждый год импортируют в страну около 225 млн диких животных. Согласно результатам исследования, недавно проведенного международной организацией EcoHealth, за первые 14 лет текущего столетия они ввезли в страну более 3 млрд животных. И хотя мы привыкли считать любовь к животным одним из лучших проявлений человеческой природы, ученые все чаще говорят о том, что эта любовь уже превратилась в главный фактор резкого оскудения фауны почти во всех экосистемах планеты.

Опустошительная торговля

В течение многих десятилетий защитники природы приписывали решающую роль в снижении биоразнообразия разрушению экосистем. Со временем, однако, все большую тревогу у них начал вызывать стремительный рост торговли дикими животными, связанный главным образом с резким повышением международного спроса на экзотических комнатных питомцев. «Мысль о том, что главную угрозу выживанию видов представляет уничтожение среды обитания, мало-помалу начинает подвергаться сомнению, — говорит Кроуфорд Аллан, участник Программы мониторинга торговли дикими животными и растениями (TRAFFIC), совместно разработанной Всемирным фондом дикой природы и Международным союзом охраны природы (МСОП). — Известны виды животных, вполне обеспеченные подходящими местами обитания; однако они исчезают в природе с поистине пугающей скоростью».

Торговля дикими животными вызывает особую озабоченность защитников природы из-за высокого потребительского спроса на редкие виды. Красный список исчезающих видов МСОП уже включает множество животных, поставленных на грань вымирания благодаря их массовому отлову в природе для последующей продажи. В этом списке присутствуют птицы (например, балийская майна и южноамериканский голубой ара), приматы (медленный лори из Юго-Восточной Азии), декоративные рыбы (барбус Денисона) и рептилии (мадагаскарские лучистая и клювогрудая черепахи). И это только хорошо изученные виды животных!

Полевые исследования, направленные на выяснение подобных вопросов, обычно проводятся очень медленно, тогда как торговля дикими животными набирает обороты с непредсказуемой, порой фантастической скоростью. Иллюстрацией сказанного может служить печально известный случай, произошедший в 1990‑х гг., когда ученые опубликовали научное описание змеиношейной черепахи Маккорда, снабдив его подробностями о местах обитания рептилии на острове Роти в южной части Индонезии. Поскольку на остров тут же ринулись «любители» черепах, сегодня вид находится на грани исчезновения. Биологи извлекли из этого случая полезный урок. В сделанном в 2011 г. научном описании нового вида рептилий, рогатой гадюки Матильды, обитающей в горах южной части Танзании, точная информация о месте жительстве змеи была опущена. И, тем не менее, по данным исследования, посвященного европейской торговле рептилиями и опубликованного в 2016 г. в журнале Biological Conservation, в том же году рогатые гадюки Матильды уже вовсю продавались на рынке животных по цене более $500 «за хвост».

Согласно наблюдениям одного из специалистов, изучавшего нелегальную торговлю рептилиями и просившего не называть его имени, продавцы и коллекционеры оправдывают свою деятельность искренним желанием спасти виды от вымирания: «По их словам, они «создают искусственные популяции редких животных, чтобы застраховать их от исчезновения» либо «спасают их от вымирания, поскольку люди уничтожают места их обитания». Но в подавляющем большинстве случаев это совсем не так! Скорее, все как раз наоборот: торговля дикими животными опустошает их дикие популяции».

Вот, например, находящаяся на грани вымирания клювогрудая черепаха — красивая рептилия с золотистым куполообразным панцирем, обитающая только в национальном парке Бухта Бали в северо-западной части Мадагаскара. Коммерческий отлов этих черепах был запрещен в 1975 г.

Конвенцией о международной торговле исчезающими видами дикой фауны и флоры (CITES), и за несколько десятилетий экологам удалось увеличить численность их дикой популяции примерно до 600–800 особей. Но за последние пять лет браконьеры, стремящиеся удовлетворить спрос на черепах со стороны коллекционеров рептилий, вновь сократили популяцию черепах менее чем до 100 животных. В таких странах, как Таиланд, Индонезия и Китай, где правила CITES соблюдаются лишь на словах, но не на деле, спекулянты взвинтили цены на взрослых особей клювогрудой черепахи до $100 тыс.

Финансовой выгодой, очевидно, руководствовался и некий китайский бизнесмен, который в 2015 г. заплатил более $200 тыс. за красношейную прудовую черепаху — представительницу редкого вида рептилий из южной части Китая, который, как считают ученые, в дикой природе уже не встречается. «Чем более редким становится вид, чем ближе он к вымиранию, тем более высокие цены заламывают за него дельцы», — говорит Рик Хадсон, герпетолог и президент некоммерческой Ассоциации по спасению черепах со штаб-квартирой в Техасе.

Торговлей дикими животными заправляют те же самые игроки, которые верховодят торговлей частями их тела — от носорожьих рогов до крокодиловой кожи. «Многие из тех, кто прежде торговал средствами китайской народной медицины, сегодня переключились на новые формы деятельности, потому что торговля дикими животными в современном Китае достигла фантастического размаха, а цены на этот вид «товара» в Европе и США сильно выросли», — замечает Брайан Хорн, герпетолог из Общества охраны диких животных. Порой целью преступных элементов становятся даже редкие дикие животные, содержащиеся в неволе экологами и защитниками природы для разведения и последующего восстановления их природных популяций.

Так, в прошлом году грабители проникли на один из таких объектов в Таиланде и украли шесть клювогрудых и 72 лучистых черепахи. Иногда жертвами преступников становятся коллекционеры. Например, в прошлом году воры в обход самых современных камер наблюдения пробрались в дом одного из гонконгских любителей рептилий и утащили 23 особи разных видов черепах общей стоимостью примерно $116 тыс.

Поимка и уголовное преследование людей, занимающихся нелегальной торговлей дикими животными, — один из самых действенных способов борьбы с опустошением природных экосистем. В 2016 г. к двум годам тюрьмы был приговорен житель Пенсильвании, экспортировавший исчезающих в природе североамериканских лесных черепах. По данным федеральных следователей, Джон Токош, которому в то время было 54 года, отловил в небольшой области к югу от Питтсбурга 750 рептилий, обездвижил их с помощью липкой ленты для последующей транспортировки и продал по цене $400 за голову посредникам, поставлявшим живой товар в Гонконг. За участие в этой преступной схеме тюремные сроки получили также один почтовый работник из Луизианы и несколько подельников Токоша из Чикаго и Калифорнии.

Но подобные случаи уголовного преследования сравнительно редки. Громадный размах торговли дикими животными, включающей как их ввоз в страну, так и вывоз за границу, ложится непосильным бременем на плечи таможенных инспекторов, призванных выявлять живую контрабанду. «Мы обнаруживаем массу таких грузов, но заниматься этим делом — все равно что искать иголку в стоге сена, — говорит один из инспекторов Службы охраны рыбных ресурсов и диких животных США, просивший не называть его имени, поскольку он не был уполномочен разговаривать с прессой. — У нас есть все необходимые для этого средства. Мы регулярно получаем новое оборудование и каждый год пополняем свой штат новыми людьми. У нас отличное разведывательное подразделение. Но каждый раз мы снова и снова садимся в лужу. Когда, казалось бы, все просчитано до мелочей, ситуация резко меняется». Как-то раз торговец незаконно ввез в страну орангутана, предварительно подкоротив ему шерсть, выкрасив ее в бурый цвет и оформив легальный провоз животного в качестве примата другого вида.

Вероятность обнаружения контрабанды снижает и большое разнообразие ввозимых животных. «Среди таможенных служащих нет людей, которые знали бы всех птиц, — говорит Эрик Гуд, основатель базирующейся в Нью-Йорке некоммерческой организации Turtle Survival Alliance. — Не умеют они идентифицировать и тропических рыб — для этого нужна помощь профессионального ихтиолога. А что касается черепах, то на планете обитает всего примерно 340 их видов, но инспекторы, как правило, не в состоянии отличить бирманскую звездчатую черепаху от индийской звездчатой и один вид мягкотелых черепах от другого». CITES может сколько угодно запрещать торговлю черепахами или попугаями, находящимися на грани исчезновения, продолжает Гуд, а торговцы «будут попросту обозначать их в документах названиями более обычных видов» и продолжать свой черный бизнес.

Ловить или разводить?

Гуд и другие защитники природы заявляют, что если торговцы животными и впрямь озабочены спасением редких и исчезающих видов, им нужно прекратить отлов их представителей в естественных местообитаниях и вместо этого заняться разведением животных в неволе. «Рано или поздно наступает момент, когда нужно переходить от слов к делу, — говорит Гуд. — Давайте, например, и в самом деле остановим импорт диких зверей, птиц и степных черепах. Зайдите в любой центр передержки ввезенных животных и воочию убедитесь, какое громадное их количество гибнет каждый день! Зачем жителям США этот непрерывный поток животных, отловленных в дикой природе?»

Альтернативой торговле пойманными в природе дикими птицами может стать разведение пернатых в неволе. В той же Индонезии, как говорит Уилкоув, многие любители уже содержат дома попугаев-неразлучников, выведенных в клетках и вольерах. Специальная программа, направленная на то, чтобы сделать более доступными для населения недорогих птиц (волнистых попугайчиков, канареек и т.д.), поможет убедить людей, что «совсем не обязательно заводить дроздов-шама и прочих диких, пойманных в природе птиц, плохо приспособленных к жизни в клетках».

Но разводить животных в неволе не так просто, как кажется на первый взгляд. В 2014 г. базирующаяся в Нью-Йорке некоммерческая организация EcoHealth Alliance, создала собственный сайт EcoHealthy Pets, содержащий сведения о животных, которые лучше и хуже всего подходят для разведения в неволе. Разведение животных, попавших в список сайта, оценивается здесь как с точки зрения возможного терапевтического воздействия этого занятия на людей, так и в плане его пользы для природы. К сожалению, из-за скромной финансовой поддержки список пока включает всего 52 вида животных, чего явно недостаточно для просвещения даже новичков, решивших посвятить себя данному занятию.

Заводчики комнатных питомцев относятся к разведению диких животных в неволе неоднозначно. Отчасти это связано с тем, что пока никто не имеет четкого представления, как именно нужно разводить многих из тех диких животных, которые сегодня пользуются большой популярностью в качестве домашних любимцев. А разобравшись, они вполне могут обнаружить, что это дело — гораздо более дорогостоящее занятие, чем отлов животных в природе. Когда энтузиасты морской аквариумистики наконец научились разводить изумительных по красоте мандаринок, «покупатели попросту не захотели платить по $40 за рыбок, выращенных в неволе, если точно таких же рыб, пойманных в море, они могли приобрести всего за $12», — жаловался на одном из онлайн-форумов розничный торговец аквариумными рыбками Скотт Феллман. — Нам должно быть стыдно, что мы отказываем в поддержке таким полезным начинаниям!»

Ситуацию осложняет и то обстоятельство, что многие «предприятия», занимающиеся разведением диких животных в неволе, пополняют свои резервы производителей за счет животных из природных популяций и, таким образом, вполне могут служить для отмывания денег, полученных в результате массового отлова животных в их естественных местообитаниях. Так, количество экспортируемых папуанских калао, якобы выведенных в неволе, «значительно превосходит число птиц, которое могут получить заводчики, учитывая крайне медленные темпы размножения этого вида», — отмечает в своем обзоре, посвященном разведению диких животных и опубликованном в 2016 г. в журнале Global Ecology and Conservation, Лора Тенсен, популяционный генетик из Йоханнесбургского университета. Похоже, точно так же, из-за плохой размножаемости в неволе, экономически непригодны для разведения в искусственных условиях и многие виды лягушек и хамелеонов, но тем не менее, по словам Тенсен, «тысячи этих существ продаются под видом животных, полученных в неволе».

Даже если бы торговцы научились разводить диких животных, пользующихся у населения высокой популярностью в качестве домашних питомцев, скорее всего, по мнению защитников природы, заниматься этим делом они все равно не стали бы. Когда австралийские герпетологи Дэниел Нэташ и Джессика Лайонс провели детальное изучение торговли зелеными питонами из Индонезии, якобы выведенными в неволе, они обнаружили, что многие из «заводчиков» этих змей фактически даже не знают, как можно добиться их успешного разведения в искусственных условиях, а у некоторых даже не было подходящих для этого помещений. По оценкам исследователей, примерно 80% поступающих на рынок зеленых питонов на самом деле выловлены в природе.

По словам Нэташа, работающего в МСОП в качестве консультанта, ради наживы экспортеры животных порой совершают жуткие вещи — например, чтобы провезти змей через таможню, они запихивают их в тесные чемоданы или в бутылки из-под минеральной воды. Ученый говорит также, что изъятие змей из эндемичных популяций, ареал которых ограничен изолированными островами или урочищами, может представлять угрозу для выживания этих популяций. «Но еще одна проблема, связанная с разведением диких животных в неволе, — отмечает Нэташ, — состоит в том, что как только эти животные перестают быть частью дикой природы, исчезают и резоны заботиться о естественной среде их обитания». Так, только полностью незаконная торговля зелеными питонами с индонезийских островов Раджаампат мотивировала местных жителей сохранять свои леса в неприкосновенности. (Редкая желтая окраска местной разновидности питонов делает торговлю этими змеями особенно прибыльной.)

Спрос и предложение

Многие коллекционеры редких видов «искренне убеждены в том, что, вызволяя животных из дикой природы и спасая их тем самым от голода, хищников и стихийных бедствий, они творят огромное благо», — говорит эколог из Оксфордского университета Том Морхауз, руководитель исследования, посвященного отношению покупателей к экзотическим домашним питомцам и опубликованного в 2017 г. в журнале Conservation Letters. Ученый отмечает также, что, приобретая диких животных, большинство покупателей считают «своим моральным долгом позаботиться о попавших на рынок существах». Но они заблуждаются! «Нам нужна широкая кампания, чтобы убедить людей в том, что их выбор имеет пагубные последствия», — добавляет Морхауз. — Ведь если бы не было спроса, не было бы и рынка диких экзотических животных и не было бы смысла платить кому-то деньги за их отлов в природе».

Четкого ответа на вопрос, как торговля дикими животными влияет на состояние их природных популяций, заправилы зооиндустрии пока не дали. Майк Боубер, президент Объединенного консультативного совета Федерации индустрии домашних животных, настаивает на том, что эта организация проявляет к охране природы самое пристальное внимание. «Мы считаем, что в современном обществе право на существование имеют как торговля дикими животными, так и их разведение в неволе, — говорит Боубер. — Значение имеют лишь методы, используемые при отлове животных. Если они отлавливаются в разумных количествах — особенно местными жителями, которым это занятие дает средства к существованию, — такую практику можно только приветствовать. В противном же случае отлов животных становится для нашей индустрии серьезной проблемой. Нам нужны здоровые экосистемы со здоровыми животными, потому что без здоровых диких животных не будет и здоровой торговли ими».

Но в наши дни здоровых экосистем почти не осталось, а какие-либо адекватные стандарты отлова животных «в разумных количествах» не существуют. Рано или поздно леса, моря и другие экосистемы планеты оскудеют, а торговцы дикими животными будут вынуждены отыскивать иные источники «товароснабжения».

Поддержите проект Мир Знаний, подпишитесь на наш канал в Яндекс Дзен

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *