Loading Posts...

Мыс Канаверал – рождение космодрома

70 лет назад, в июне 1947 г., было принято окончательное решение дислоцировать ракетный полигон ВВС США на мысе Канаверал. С тех пор отсюда произведено сотни пусков боевых ракет, а также отправлено в космос множество автоматических посланников человечества для изучения околоземного космического пространства, планет Солнечной системы, далеких звезд и галактик. На этом снимке запечатлен старт ракеты-носителя Atlas V с межпланетным зондом MAVEN с пускового комплекса LC 41 базы ВВС США на мысе Канаверал, состоявшийся 18 ноября 2013 г. На протяжении последней четверти века с этого космодрома запускается большинство аппаратов, покидающих сферу притяжения Земли.

Ракетное оружие родилось в огне Второй Мировой войны, когда германские «Фау-2» впервые в истории продемонстрировали впечатляющий потенциал баллистических ракет.

После окончания боевых действий американские военные постарались вывезти из поверженной Германии всю найденную ими «матчасть» ракет V-2 (техническое немецкое название — Aggregat-4, A-4). Из всего найденного «железа» лишь две А-4 были почти полностью укомплектованы и пригодны для запуска. Остальное оборудование, вывезенное почти в трехстах вагонах, представляло собой наборы отдельных деталей, узлов и агрегатов. Части из них не хватало, и американцы организовали их выпуск на своих предприятиях, заодно освоив производство этих комплектующих и отработав нужные для ракетной промышленности технологии.

«Фау-2» за океаном

Первый пуск немецкой ракеты с территории США состоялся 16 апреля 1946 г. на полигоне Уайт-Сэндз в штате Нью-Мексико. После 20-секундного полета V-2 «американской сборки» резко развернулась и вместо запланированного северного направления устремилась на восток. Авария произошла из-за разрушения газового руля. Но уже второй пуск, проведенный при большом скоплении журналистов и других приглашенных лиц, прошел успешно — ракета поднялась на высоту 112 км.

Американские специалисты постарались воспользоваться экспериментальными пусками для того, чтобы получить максимум информации о ранее недоступных для исследований верхних слоях атмосферы, в которых предстояло летать перспективным аппаратам. Поэтому стартовавшие в Америке А-4 оснащались метеорологическими приборами и оборудованием для передачи телеметрической информации.

Всего в США с 16 апреля 1946 г. по 28 июня 1951 г. было испытано 66 ракет А-4. Кроме того, еще дюжину их признали неисправными в ходе предстартовой подготовки. Аварийными оказались два десятка пусков. В 12 случаях подвела двигательная установка, в остальных — аппаратура системы управления.

Начиная с 1946 г. ракеты стали комплектовать устройством для отстрела головной части, приводимым в действие на нисходящей части траектории. В результате были получены и опубликованы первые виды Земли «из космоса» (во всяком случае — с высоты, в несколько раз большей, чем достигнутая к тому моменту с помощью самолетов и стратостатов). 24 октября 1946 г. в ходе 13-го пуска V-2 удалось сфотографировать нашу планету с высоты 104 км. 17 декабря ракета установила новый рекорд высоты полета — 185 км. 20 февраля 1947 г. во время 20-го пуска, получившего название Project Blossom, состоялся отстрел контейнера, который спустился на парашюте. Внутри находились биологические объекты — мухи-дрозофилы и образцы семян различных растений для изучения влияния радиации на живые организмы. 7 марта 1947 г. были получены снимки Земли с высоты 178 км.

Абсолютное большинство запусков осуществлялось с полигона Уайт-Сэндз. Но Америка — великая военно-морская держава, и для нее особый интерес представляла возможность использования ракетного оружия с борта корабля в открытом море или океане. Поэтому 6 сентября 1947 г. в рамках «операции Сэнди» был произведен пуск А-4 с палубы авианосца Midway. Вначале все шло хорошо, но вскоре после старта ракета потеряла управление, вошла в «петлю» и рухнула в воду на расстоянии около 10 км от авианосца. Тем не менее, результат испытаний сочли положительным, и у адмиралов появился веский аргумент в пользу реализуемости перспективных планов морского ракетостроения, впоследствии воплотившихся в программах Polaris и Poseidon.

В число 66 пусков А-4 с американского континента вошло восемь тестов двухступенчатой ракеты по проекту Bumper, где V-2 использовалась в качестве первой ступени. Второй ступенью стала весящая чуть больше 300 кг метеорологическая ракета WAC-Corporal, разработанная в 1936-1945 гг. для проведения исследований атмосферы до высоты 30 км. Целью проекта являлось изучение вопросов конструирования многоступенчатых ракет, решение проблемы разделения ступеней в ракетах с жидкостными двигателями, а также подъем до максимально возможной высоты. Это был первый практический шаг в направлении создания многоступенчатых ракетно-космических систем.

Первая такая двухступенчатая ракета поднялась с Уайт-Сэндз 13 мая 1948 г. и достигла высоты 125 км, а 13 сентября «дотянула» до 149 км. Правда, из выполненных с 13 мая 1948 г. по 29 июля 1951 г. восьми пусков по программе Bumper полностью успешно прошли только три. Наивысшим достижением стал подъем WAC-Corporal 24 февраля 1949 г. на 389 км. При этом она развила скорость 8240 км/ч. 14 июня 1949 г. V-2 доставила на высоту 132 км контейнер с обезьяной по кличке Альберт II, но животное погибло при падении ракеты.

Однако полигон в Уайт-Сэндз подходил только для испытаний ракет с дальностью менее 322 км. Весной 1950 г., когда ракетная гонка между США и СССР стала набирать обороты, американские военные решили переместить испытания на практически незаселенную полосу суши на восточном берегу Флориды. Знаменитого курортного города Кокоа-Бич на скоростном шоссе 1А1 фактически еще не существовало, когда представители военно-воздушных сил прибыли на побережье, чтобы «здесь навеки поселиться» — то есть разместить там ракетный полигон. В те дни единственной возвышавшейся над пустынной местностью искусственной конструкцией был 46-метровый маяк.

Читать:  Firefly Aerospace - спутники для всех

Примитивные, наспех выстроенные площадки и простые бетонные пусковые столы, подготовленные для ракет Bumper — вот с чего началась величественная история главного американского космодрома. Данная статья в основном касается первых лет его существования — с 1950 по 1955 г., до появления ракет Jupiter, Thor, Atlas и наступления космической эры, которая принесла этому месту всемирную известность.

Первые пуски на новом месте

Еще в 1945 г. Пентагон созвал Комитет по управляемым ракетам при Объединенном комитете начальников штабов для выбора подходящего места для постоянного ракетного полигона. Его представители изучили два места в Калифорнии: полигон военно-морских сил Пойнт-Мугу и полигон базы ВВС Чайна-Лейк близ Иньокерна. Однако ни один из них не обеспечивал возможности радиосопровождения объектов в ходе полета. Мексика отказалась разрешить пролет ракет над своей территорией при запусках из Калифорнии. Тогда Комитет перенес свой взор на восточный берег США. Принятие решения разместить национальный ракетный полигон во Флориде было длительным и непростым процессом, растянувшимся на несколько лет.

Мыс Канаверал выглядел подходящим местом: он был неплохо изолирован (в целях безопасности при предстоящих ракетных пусках), а субтропический климат позволял обеспечить круглогодичную деятельность. Бывшая военно-морская станция неподалеку идеально подходила для размещения штаб-квартиры администрации. Площадка «Банана-Ривер» со временем стала базой ВВС «Патрик». Решающим аргументом в пользу мыса Канаверал оказалось наличие на расстоянии порядка 750 км Багамских островов, где в перспективе собирались разместить станции слежения.

Комитет по управляемым ракетам выпустил свой окончательный отчет для Объединенного комитета начальников штабов 20 июня 1947 г., рекомендовав одобрить мыс Канаверал как место дислокации ракетного полигона. Эта рекомендация была одобрена Объединенной исследовательско-разработочной комиссией Пентагона 8 июля 1947 г. — ровно за три года до первого запуска из Флориды. Переговоры с Великобританией в 1948 г. об установке станций слежения закончились успехом: британцы охотно разрешили пролет испытываемых ракет над Багамами, которыми они владели.

1 сентября 1948 г. военно-морские силы официально передали территорию «Банана-Ривер» военно-воздушным силам, и там была открыта штаб-квартира полигона (хотя сам он заработал лишь в 1950 г.). 1 октября 1949 г. ВВС организовали во Флориде «Объединенный полигон для дальнобойных испытаний» (Joint Long Range Proving Ground), с которого собирались немедленно начать тестовые пуски ракет V-2 с простейшей верхней ступенью в рамках проекта Bumper.

Как уже говорилось, первые шесть вертикальных стартов V-2 по программе Bumper были произведены с Уайт-Сэндз, но этот полигон не подходил для запусков по баллистической траектории, которые планировались для Bumper-7 и 8. Их намеревались провести с целью получения аэродинамических данных при более высоких скоростях полета. Следовательно, необходимо было перевести эти запуски на новый полигон на Мысе — так его теперь сокращенно называли.

В преддверии прибытия ракет Bumper из Нью-Мексико 1 мая 1950 г. началось строительство стартовой позиции на мысе Канаверал. Была залита бетонная площадка и установлен временный деревянный блокгауз. Позицию обозначили как Launch Complex 3 (LC-3) — площадки LC-1 и LC-2 предназначались для межконтинентальных крылатых ракет Snark. Комплекс LC-4 для зенитной ракеты Bomarc, принадлежавший ВВС и устроенный в стороне, находился в стадии подготовительных работ. Сооружение комплексов №1 и №2 развернули 26 октября 1951 г., ознаменовав тем самым первый этап застройки Мыса.

Оба первых запуска с нового полигона оказались неудачными. Вначале 24 июля 1950 г. стартовал Bumper-8. Носовой конус второй ступени — ракеты Corporal — отвалился вскоре после отделения, и она была дистанционно подорвана офицером безопасности полигона. 29 июля Corporal, стартовавший «верхом» на Bumper-7, успешно включился на 40 секунд, но набрал лишь половину из запланированной скорости 9656 км/ч. К авариям привела неисправность гироскопов обеих ступеней WAC-Corporal.

Не успел рассеяться дым от исторического пуска, как бывшую авиастанцию ВМС «Банана-Ривер» переименовали в честь генерала Мэйсона Патрика (Mason Patrick) — первого командующего Воздушным корпусом Армии США в 1920-х годах (предтечи ВВС США). Это было совпадением, но в чем-то символичным. База ВВС «Патрик» остается местом дислокации штаб-квартиры полигона по сей день.

Следующей ракетой, которую привезли на мыс Канаверал для летных испытаний, стал примитивный реактивный снаряд под названием Lark. Его главной задачей было дать возможность будущим ракетчикам ВВС потренироваться перед тем, как они начнут запускать «снарки» и «бомарки», а также крылатую ракету размером с реактивный самолет под названием Matador (ее длина достигала 12 м). Эта ракета, построенная фирмой Glenn Martin, и последовавший за ней 13,6-метровый «Мэйс» (Mace) будут доминировать в небе Флориды до 1963 г.

Читать:  Спустя 37 лет: межпланетная станция «Вояджер-1» уже в 20 млрд. км от Земли

Matador базировался на грузовике и не требовал специальной пусковой установки, а Snark и Bomarc заняли комплексы №1, №2 и №4, построенные рядом с «бамперовской» бетонной площадкой комплекса №3. В 1951 г. на этой площадке был закончен новый бетонный блокгауз, заменивший временное фанерное строение, которое служило пунктом управления ракетами Bumper. Долгожданный ракетный полигон медленно обретал свои очертания.

Как только в 1950-1951 гг. появились первые пусковые комплексы, следующим шагом ВВС стало сооружение инфраструктуры, необходимой для будущей ракетной испытательной программы. Важным шагом (помимо прокладки электрических сетей и канализационной системы) являлось строительство станции слежения на Багамских островах. Оно началось в феврале 1951 г., после прибытия рабочих и стройматериалов на остров Гранд-Багама. В целом на Багамах до 1952 г. было воздвигнуто пять станций радиосопровождения. Чтобы связать их между собой и с континентом, военные проложили подводный телефонный кабель протяженностью почти в тысячу миль.

Вскоре после того, как 20 июня 1951 г. крылатая ракета Matador стартовала с мыса Канаверал, полигон переименовали в Ракетно-испытательный центр ВВС (Air Force Missile Test Center, AFMTC). Еще четыре строительных проекта были начаты летом и осенью 1951 г. Они включали выемку грунта для каналов портового района, который прилегал к парку отдыха, известному сейчас как «Джетти-Парк» (Jetty Park).

Реализация первого проекта — стартового комплекса № 4 для зенитной ракеты Bomarc — началась 5 сентября 1951 г. с заливки простейшей цементной площадки и закладки подземного комплекса обеспечения. Аналогичные бетонные работы на комплексах №1 и №2 для крылатой ракеты Snark были развернуты 26 октября 1951 г.

9 ноября того же года началось строительство посадочной полосы, которую назвали Skid-Strip — из-за того, что возвращающиеся «снарки» должны были садиться на металлические лыжи (skid), а не на колеса. Под этим названием она известна и сегодня. 3048-метровая полоса украсила полигон в мае 1952 г.

30 ноября 1951 г. было сдано под ключ очень важное Центральное здание управления (площадка 1645), построенное на границе того района, где позже оформилась шумная промышленная зона космодрома. В массивном бетонном сооружении, помимо прочего, предполагалось разместить пост офицера безопасности полигона, в задачи которого входил подрыв сбившихся с курса ракет, если они отказывали или выходили из-под контроля.

Строительные работы еще кипели, а полигон уже вовсю эксплуатировался. Первый 20-метровый Snark, приводимый в движение двумя твердотопливными ускорителями, с дымом и грохотом стартовал 29 августа 1952 г. А 10 сентября со своего стартового комплекса №4 ушел первый 14-метровый короткокрылый Bomarc, запущенный с помощью ракетных ускорителей на азотной кислоте (его основной двигатель еще не был готов).

Когда наступил 1953 год, полигон уже годился для любых баллистических ракет. 7 января 1952 г. на базу из Хантсвилла (штат Алабама) прибыли два необычных гостя, чтобы осмотреть площадки для новой ракеты, разрабатываемой для Армии США Вернером фон Брауном. Это были доктор Курт Дебус и доктор Ханс Грюне (Kurt Debus, Hans Grüne). Сподвижников фон Брауна несколько озадачила необитаемость и необорудованность местности, но их уверяли, что скоро тут все изменится.

Курт Дебус и подумать не мог, что не пройдет и десяти лет, как он станет директором космодрома, который возникнет на этом месте…

«Редстоун» и «Навахо» – первые уроки

Получив задание испытать новую баллистическую ракету Redstone, армия выбрала бывшую площадку №4. Сухопутные войска делили стоявший тут барак из гофрированного железа с ВВС, когда в июне 1953 г. сюда прибыла команда испытателей. Временный ангар для подготовки ракеты был выстроен поблизости и получил обозначение «Ангар О» (также известный как «площадка 1366»). Как и множество площадок, созданных на мысе Канаверал в 1950-е годы, «Ангар О» все еще существует, и через него прошел ряд ракетных программ, включая Blue Scout в 1960-х.

Целью ракетчиков было запустить первый Redstone в августе 1953 г. Для того, чтобы обслуживать ракету на 4-й стартовой площадке, армия заключила контракт с компанией Noble из Окленда (штат Калифорния) на строительство 42,7-метровой решетчатой сервисной башни. Стальную конструкцию доставили по железной дороге в июле 1953 г., и рабочие компании смонтировали ее всего за пять дней. Уникальность конструкции заключалась в том, что она была подвижной (перемещалась по рельсам) и могла откидываться к земле, когда ее не использовали. Башня стала первой из множества вышек, появившихся на горизонте Мыса.

Детище Вернера фон Брауна, известное под именем Redstone или Jupiter-А, стало прямым «потомком» ракеты V-2 и во многом походило на нее. В качестве горючего и окислителя в нем тоже применялись этиловый спирт и жидкий кислород. Дальность его полета составляла 320-400 км. Новая ракета все же выглядела значительно солиднее своего предшественника (длина — 21,2 м, диаметр — 1,8 м, стартовая масса — 18 тыс. кг, тяга ракетного двигателя — 29,5 тонн), а ее головная часть должна была весить не менее 5 тонн. Способность нести большую полезную нагрузку делала Redstone почти идеальным ускорителем — вернее, первой ступенью — для весьма сложных и тяжелых многоступенчатых ракетных систем. Впоследствии на его базе была создана ракета-носитель Jupiter-C, которая смогла вывести на околоземную орбиту Explorer-1 — первый искусственный спутник, принадлежавший Соединенным Штатам.

Читать:  Что американцы скрывают на Луне

Но это будет позже… Впервые ракету Redstone запустили 20 августа 1953 г. в 9:37 по времени восточного побережья США с комплекса №4. Первая после V-2 большая ракета, стартовавшая с Мыса, летела ровно и четко в течение 50 секунд — до того, как вышла из-под контроля. На 106-й секунде офицер безопасности отдал команду на отсечку двигателя, и Redstone упал на расстоянии 7315 м от берега. Причиной аварии оказался потенциометр, контролировавший одну из рулевых машинок — он был неправильно выставлен техником перед стартом, и ракета сбилась с курса. Это стало первым из множества уроков, выученных в процессе освоения ракетной тех-ники на мысе Канаверал.

Всего шесть ракет Redstone взлетели с временной площадки комплекса №4 до того, как в 1955 г. их запуски были перенесены на новый армейский объект на стартовой позиции №5/6. Площадку №4 передали обратно под «бомарки», и в конце 1950-х там появились два оригинальных укрытия с раздвижной крышей для тестирования операционной версии зенитной ракеты.

В то же время велось строительство стартовой позиции для уникальной сверхзвуковой межконтинентальной крылатой ракеты Navaho, но продвигалось оно медленно, да и сама ракета, названная в честь индейского племени, не была готова до конца 1956 г. Возведение внушительного бетонного здания (позже прозванного полигонными юмористами «Тадж-Махалом») началось в сентябре 1953 г. В январе 1955 г. пусковую площадку №9 «занял» персонал подрядчика — фирмы North American Aviation, однако ВВС не принимали ее до 29 июня 1956 г. Navaho вскоре оказалась в фокусе всеобщего внимания на Мысе, но «прославилась» она не с лучшей стороны — этой ракете вообще хронически не везло.

Выходя за временные рамки нашего повествования, упомянем, что первый запуск Navaho состоялся 6 ноября 1956 г. и закончился провалом. Ракета находилась в воздухе всего 26 секунд, после чего взорвалась. До середины марта 1957 г. специалисты North American Aviation и ВВС провели десять испытательных пусков, которые завершились авариями всех опытных ракет в течение нескольких секунд после старта или прямо на стартовом комплексе.

Первый относительно удачный полет состоялся только 22 марта 1957 г. На этот раз ракета пробыла в воздухе 4 минуты 39 секунд. Однако уже следующий пуск 25 апреля закончился взрывом буквально над стартовой площадкой. 26 июня того же года Navaho вновь удалось пролететь достаточно большое расстояние в течение 4 минут 29 секунд, но не более того… Таким образом, все запущенные ракеты были уничтожены при старте или в полете, из-за чего не смогли вернуться на ту самую полосу Skid-Strip после завершения испытаний, как планировалось. В июле 1957 г. программу Navaho признали бесперспективной. Тем не менее, экспериментальные запуски продолжались до 18 ноября 1958 г., когда последняя ракета поднялась на высоту 23,5 км, где и взорвалась.

Еще одним дополнением к площадкам на Мысе до начала строительного бума в 1956-1957 гг., когда появились стартовые комплексы для будущих космических носителей Thor, Atlas и баллистической ракеты для подводных лодок Polaris, стал военный и коммерческий порт. Для финансирования его строительства в ноябре 1947 г. были выпущены акции. Приготовления к прорытию канала подрядчиками портовой администрации начались в 1950 г., а в октябре 1951 г. бульдозеры начали прокладывать канал, чтобы позволить водам Банана-Ривер впервые соединиться с океаном.

Порт был торжественно открыт военно-морскими силами 4 ноября 1953 г. Для строителей и местного населения устроили праздник — в тот день публика получила возможность посетить эсминец McClelland, а флотские коки угощали гостей жареной рыбой и бобами.

Доки, принадлежавшие Военно-морской испытательной части (Navy Ordnance Test Unite — NOTU), в 1958 г. были расширены для приема атомных субмарин. NOTU оказалась самой «долгоиграющей» организацией на базе. Она и поныне занимается летными испытаниями баллистических ракет Trident-2 у берегов Мыса. «Лодочные» испытательные пуски проводятся у восточного побережья флотскими ракетчиками с тех пор, как 20 июля 1960 г. две ракеты Polaris стартовали с борта атомной подводной лодки George Washington.

Итак, к концу 1955 г. основная инфраструктура полигона уже функционировала, и первое поколение стартовых комплексов находилось в строю. Начиная с 1956 г. военно-воздушные силы — главные эксплуатанты ракет — развили на мысе Канаверал масштабную строительную деятельность: в течение трех лет число воздвигнутых стартовых площадок выросло с восьми до 22. Целый мини-город из 16 ракетных ангаров появился едва ли не за ночь. Темп запусков увеличился до 206 за один год (1960-й), что остается рекордом всех времен. А позже отсюда в космические дали начали уходить самые знаменитые ракеты, которые стали частью великой истории Мыса…

Подписывайтесь на наши каналы в Яндекс Дзен и Телеграмм
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments
Loading Posts...