Loading Posts...

КГБ против МВД – убийство на «Ждановской»

27 декабря 1980 года в 8:20 утра недалеко от дороги в подмосковный аэропорт Быково был найден без сознания хорошо одетый мужчина примерно 40 лет, со следами тяжких телесных повреждений. Личность пострадавшего установить было сложно – изувеченный мужчина был без сознания, документов у жертвы нападения не нашли. Но по найденному в кармане больничному листу с пометкой «Выдаётся сотрудникам КГБ, имеющим воинское звание» быстро удалось понять, что это не простая персона. Бригадой скорой помощи он был доставлен в центральную больницу города Люберцы.

В эту же больницу вскоре приехали высокие чины комитета государственной безопасности. Еще бы – уже выяснилось, что на больничной койке умирал заместитель начальника секретариата КГБ СССР майор Вячеслав Афанасьев.

КГБ берет след

Афанасьева нашли недалеко от посёлка Пехорка, где располагались дачи сотрудников КГБ. Улик прибывшие на место следователи не нашли практически никаких – был обнаружен окурок, бурые пятна, похожие на кровь, и сломанная авторучка. Служебное удостоверение майора оказалось найдено в 15 километрах от этого места, у вокзала города Железнодорожный.

О чрезвычайном происшествии было немедленно доложено лично Юрию Андропову, возглавлявшему на тот момент КГБ. Он приказал без промедления задействовать для расследования лучшие силы комитета. Поэтому 29 декабря материалы, собранные сотрудниками милиции, были переданы в следственный отдел КГБ.

Первоначально подозрение пало, конечно, на иностранную разведку (а именно ЦРУ). Высшие чины СССР были в панике – ведь получается, что прямо в Москве, под носом у советских спецслужб, успешно действует вражеская шпионская сеть, способная похищать и убивать высшие чины КГБ! Тем более что Афанасьев лишь по документам числился «заместителем начальника секретариата КГБ СССР». На самом деле офицер работал с системами защиты информации! Конечно, он представлял лакомую добычу для западных спецслужб.

Поэтому немедленно к расследованию нападения на Афанасьева подключились Следственный отдел КГБ и оперативные сотрудники 2-го Главного управления КГБ, отвечавшего за контрразведку. Ситуация усугублялась тем, что 1 января 1981 года комитетчик умер в больнице, так и не придя в сознание. А следователи, потеряв надежду на то, что Афанасьев придет в сознание и даст показания, по минутам восстанавливали подробности рокового дня 26 декабря.

Роковой юбилей

Как было установлено, в тот день у Афанасьева был юбилей, ему исполнилось 40 лет. За несколько дней до этого чекист сильно простудился и взял больничный, однако на свое несчастье решил отпраздновать день рождения в узком кругу коллег, на одной из служебных квартир, принадлежавших КГБ. Поздравить Афанасьева приехали два офицера, которые незадолго до этого вернулись из Афганистана, где участвовали в спецоперации против моджахедов. Ради праздника майор накупил деликатесов и, конечно, спиртное, а друзья подарили ему бутылку коньяка. Закончив застолье, все трое сели в поезд до «Таганской». Друзья Афанасьева ехали стоя, а сам майор присел на свободное место и задремал. Когда два офицера КГБ вышли из вагона на «Таганской», они обнаружили, что забыли задремавшего юбиляра в поезде, но заскочить назад в вагон не успели. Поезд увез Афанасьева в сторону «Ждановской». Там, на конечной остановке, две женщины-контролера разбудили Афанасьева и с помощью машиниста поезда Пудикова вывели мужчину на перрон.

Читать:  Курс лекций о философском наследии Ф. М. Достоевского

С пьяными в метрополитене не церемонились. Как выяснили направленные Андроповым следователи, контролёры передали Афанасьева сотрудникам милиции, дежурившим на станции. Машинист поезда метро подтвердил сотрудникам КГБ, что он помогал относить вещи Афанасьева в помещение пункта милиции на станции «Ждановская». Как выяснилось, в помещении милиции при станции «Ждановская» Афанасьева видели члены бригады медвытрезвителя, приехавшие за задержанными пьяными. Однако милиционеры Афанасьева им не передали.

Получалось, что именно они последними видели майора КГБ, но внятных показаний о судьбе Афанасьева дать не могли. Они путались в показаниях, отвечали невнятно. Мало того – у одного из милиционеров была найдена записная книжка Афанасьева с фамилией, званием и служебными телефонами КГБ! Следователям было уже очевидно: в том, что произошло с майором КГБ, замешано вовсе не ЦРУ, а сотрудники милиции со станции «Ждановская».

Фактически преступники были найдены. Однако начиналась самая трудная часть операции. Необходимо было добиться осуждения преступников, преодолев противодействие могущественного министра внутренних дел – Щелокова. Помимо желания покарать преступника, играло роль желание Андропова избавиться от сильного конкурента в борьбе за власть. Щёлоков, понимая, что ставки высоки, в свою очередь был настроен во что бы то ни стало замять ЧП.

Прокуратура наносит удар

Поэтому искушённый в кремлёвских интригах Юрий Андропов решил, что не стоит идти напролом в этой ситуации. 12 января 1981 года глава КГБ добился того, что дело об убийстве на «Ждановской» было передано в нейтральную инстанцию в виде Генеральной прокуратуры СССР. При этом руководителем следственной группы назначили следователя по особо важным делам Владимира Калиниченко, отличавшегося непримиримостью к преступникам со «связями». При этом возможность беспрепятственно работать для следственной группы обеспечивали лучшие сотрудники КГБ.

Калиниченко разработал план обысков и задержаний преступников. Мероприятия держались в строжайшей тайне до назначенного дня – 14 января 1980 года, когда ранним утром большая группа прикомандированных следователей была направлена арестовывать «оборотней». Каждый следователь получил запечатанный конверт с персональным заданием, и каждого следователя сопровождали оперативники КГБ! Вместе они расселись по «Волгам», припаркованным в районе Пушкинской площади, после чего им разрешалось вскрыть конверты.

Таким образом Калиниченко хотел обезопасить операцию от возможного «крота», который мог бы работать на Щелокова. По местам работы и проживания подозреваемых начались задержания и обыски. Подозреваемых немедленно поместили не в обычный следственный изолятор МВД (где заправляли люди Щелокова), а в «Лефортово» – изолятор, находившийся в ведении КГБ.

А ведь над следователем нависла настоящая угроза со стороны МВД. В окружении Андропова полагали, что Калиниченко могут убить или же похитить кого-либо из членов его семьи (с тем, чтобы сделать следователя более сговорчивым).

Как вспоминал сам Калиниченко:

«Милиционеров везли в СИЗО КГБ Лефортово, сопровождение зафиксировало слежку за мной… Замначальника контрразведки КГБ Николай Удилов по поручению Андропова поехал к Щелокову. Щелоков сказал Удилову, танкисту, герою войны: „Вы знаете, это все не мои ребята”, – а мы документировали его ребят. — „Это все ГУВД Мосгорисполкома. Их фокусы. Я меры приму, но боюсь, как бы они ни убили следователя”. Я тоже нормальный человек, не Александр Матросов, конечно, но Удилов успокоил меня, сказал, что доложил о словах Щелокова Андропову, и тот принял решение, чтобы следователя охраняла группа „Альфа”».

Читать:  1914 год. Роковое решение Николая II

В результате Калиниченко и члены его семьи круглосуточно охранялись спецназом КГБ СССР.

Министр внутренних дел Николай Щёлоков отлично понимал, что для Юрия Андропова это дело – отличная возможность похоронить карьеру конкурента. А ведь вскоре предстояла борьба за пост генсека – состояние здоровье Брежнева не было секретом! Однако действия Калиниченко оказались слишком быстрыми и точными, Щелоков уже ничего не мог сделать.

Оборотни

На допросах подозреваемые милиционеры – Лобанов, Попов, Рассохин, Возуля, Телышев, Селиванов – сперва категорически отрицали даже факт задержания Афанасьева. Однако сотрудники станции «Ждановская» уже дали показания об обратном. Узнав об этом, задержанные поменяли показания (по-видимому, согласовав такую линию защиты заранее): теперь оборотни говорили, что передали избитого Афанасьева бригаде медвытрезвителя. Версия про работников вытрезвителя сперва показалась правдоподобной – был даже арестован начальник дежурившей в тот день бригады ближайшего вытрезвителя Гречко. Однако в ходе очных ставок опытные следователи быстро поняли, что в СИЗО оказался невиновный человек; Гречко из-под стражи немедленно освободили, а вот оборотней стали раскалывать на допросах, уже с полной уверенностью, что это убийцы. В итоге задержанные стали давать покаянные показания, стараясь свалить вину друг на друга. Перед следователями вырисовывалась жуткая картина.

Афанасьев, оказавшись в отделении милиции, предъявил им свое удостоверение. Однако вместо того, чтобы немедленно вызвать на станцию сотрудников КГБ (как это полагалось делать в таких случаях по инструкции), милиционеры потребовали, чтобы Афанасьев отдал им удостоверение. Тот отказался, и тогда майора стали избивать, а «корочки» вырвали силой. Привыкшие грабить и избивать жертв, отупевшие от водки оборотни действовали в силу выработавшегося у них рефлекса, явно не думая о последствиях. Лишь затем один из милиционеров доложил о задержании майора КГБ дежурному 5-го отделения Сидорову и тут же получил приказ немедленно отпустить Афанасьева.

Милиционеры были вынуждены подчиниться и отпустить с извинениями комитетчика, однако, на свое несчастье, перед уходом Афанасьев пригрозил стоявшим в коридоре пьяным милиционерам, что случившееся не сойдет им с рук; Тогда отупевшие от алкоголя оборотни затащили Афанасьева назад в комнату милиции и продолжили избивать до потери сознания. Один из милиционеров позвонил начальнику 5-го отделения милиции майору Барышеву. У последнего был выходной, который он проводил, выпивая с коллегой. Узнав об избиении подчиненными майора КГБ, Барышев примчался на «Ждановскую». Афанасьев был без сознания, и рассчитывать, что КГБ спустит с рук подобный произвол, не приходилось. И Барышев (который вместе со своими подчиненными уже долгое время занимался грабежами и крайне опасался возможного расследования) принял решение замести следы преступления – убить задержанного.

Афанасьева увезли в район поселка Пехорка возле железнодорожной станции Красково и бросили там, сымитировав ограбление. По указанию Барышева оборотни раздели Афанасьева и забрали из его карманов все содержимое, кроме блокнота, а потом добили жертву монтировкой по голове.

Читать:  Ричард Львиное Сердце выигрывал сражения, но проигрывал войны

Рядовые исполнители наперебой давали показания, но еще оставался на свободе главный организатор убийства – майор Барышев.

Суд и казнь

Начальник прокурорского следствия Найденов долго не решался подписать постановление об аресте руководителя 5-го отделения милиции на Метрополитене. Как вспоминал Калиниченко:

«Найденов сказал: „Учтите, Владимир Иванович, в этом документе – моя голова”. Удовлетворенный тем, что санкция на арест Барышева получена, я заметил Найденову, что прежде всего на этом постановлении стоит моя подпись и, наверное, первая голова в этом документе – тоже моя. Найденов как-то тоскливо посмотрел на меня и произнес фразу, которую я буду помнить всегда: „О вашей голове я вообще ничего не говорю”».

Между тем стали известны новые жуткие факты.

Один из арестованных, старший сержант Лобанов, оказался не только «хроническим алкоголиком, сифилитиком» но и убийцей-рецидивистом. За несколько лет до гибели Афанасьева Лобанов ударами молотка по голове убил случайного собутыльника, а потом расчленил тело жертвы и избавился от тела. Однако Лобанов хранил у себя в комнате туфли и перчатки погибшего.

Поднаторевший в интригах Андропов передал результаты расследования в МВД – но не Щелокову, а зятю Брежнева, Юрию Чурбанову.

«И вот только тут я стал догадываться, что Юрий Михайлович ведет свою игру по отношению к Щелокову и откровенно интригует против министра… По его настоянию из органов внутренних дел столицы было уволено, как мне говорили, около 500 человек», – пишет Калиниченко.

В ходе следствия по делу об убийстве на Ждановской были выявлены также грабежи, разбой, изнасилования. К концу следствия были выделены в отдельные производства уголовные дела в отношении 80 сотрудников милиции,подозреваемых в тяжких преступлениях! В 1982 году четверо непосредственных исполнителей убийства – Барышев, Лобанов, Попов и Рассохин – были приговорены к расстрелу.

По результатам расследования была подготовлена докладная записка в ЦК КПСС. Но широкой огласки дело так и не получило, ведь нельзя было марать светлый образ советских милиционеров. А вот карьера Щелокова подошла к концу – он проиграл борьбу за власть и 17 декабря 1982 года был освобожден с поста министра.

Проведенная его преемником Виталием Федорчуком проверка деятельности МВД СССР в период руководства Щелокова выявила массу злоупотреблений милицейскими чинами по всей стране.

В итоге летом 1983-го Щелокова вывели из состава ЦК КПСС, а еще через год исключили из партии, лишив звания генерала армии, Героя Социалистического Труда и всех наград, кроме боевых. На следующий день бывший министр покончил с собой, выстрелив из охотничьего ружья себе в голову.

Подписывайтесь на наши каналы в Яндекс Дзен и Телеграмм
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments
Loading Posts...