Высокоразвитое обоняние у животных

Обоняние — одно из самых загадочных чувств. Высокоразвитое у многих животных, оно помогает им чувствовать самку на расстоянии нескольких миль и может даже предупреждать их об опасности.

По сравнению с животными люди обладают слаборазвитым обонянием. В жизни человек использует зрение и слух активнее, чем обоняние. Жизнь многих животных находится в зависимости от их обоняния, и оно у них развито до фантастического уровня. Поэтому веками люди использовали чутье таких животных, как охотничьи собаки, и свиньи, разыскивающие трюфели, вынюхивающие те запахи, которые нашим носам недоступны. Очевидно, что многие животные мот уловить те запахи, которые нам недоступны, но некоторые из них имеют еще более замечательные обонятельные способности.

«Знающий нос»

Многие разновидности ночных бабочек обладают почти сверхъестественным обонянием. Они способны учуять одну-единственную молекулу полового гормона самки на мили вокруг. Самцы таких семейств бабочек, как павлиноглазки, шелкопряды и коконопряды, к которым отнесены лунная сатурния, малый ночной павлиний глаз, сатурния Полифем, волнянка античная и павлиноглазка, имеют широкие перистые антенны. На них расположено огромное количество волосовидных обонятельных рецепторов (до 60 000 у некоторых видов). Обширная суммарная поверхность рецепторов, контактирующая с максимальным объемом воздуха, делает их превосходными уловителями запаха.

Антенны бабочек-самцов невероятно чувствительны к половым химическим веществам — феромонам, которые их самки выделяют специальной абдоминальной железой во время брачного сезона. Но эта чувствительность не была известна до проведения немецким ученым Адольфом Бутенандтом экспериментов с европейским большим ночным павлиньим глазом (Saturnia pyri).

«Носы» самцов павлиноглазок настолько чувствительны, что могут учуять единственную молекулу полового феромона самки, если она попадет на их антенны. Тесты показали, что количество полового феромона, производимого самкой большого ночного павлиньего глаза, настолько мало, что железы примерно полумиллиона девственных самок должны быть использованы для получения всего 12 мг этого вещества. И этого достаточно, чтобы стимулировать самца.

Шелковый запах

Работая с самцом одной из разновидностей тутового шелкопряда (Bombyx mori), доктор Дитрих Шнейдер показал, что одна молекула феромона самки этого вида бабочек, приходящаяся на 1015 молекул воздуха, если воздух проходит мимо со скоростью 60 см в секунду, достаточна для того, чтобы самец се учуял. Более того, самец начинает возбужденно махать крыльями, когда менее 40 его расположенных на антеннах обонятельных рецепторов (из общего числа 20 000) обнаружат одну молекулу феромона.

Ночная бабочка с наиболее развитым обонянием, родственница тутового шелкопряда, — индийская сатурния луна (Actias sclcne). Самец этого вида настолько чувствителен к половому феромону самки, что может почувствовать ее запах на расстоянии 11 км. В эксперименте самец этого вида успешно прилетал к находящейся за 11 км, заключенной в клетку самке в 26 процентах случаев, и в 46 процентах — если самка находилась на расстоянии 4,1 км от него.

Запах — это то, что имеет главную привлекательность для ночных бабочек. Самцы игнорируют самок, заключенных в стеклянные контейнеры, если не ощущают сквозь стекло женский половой феромон. Они также не замечают самок, у которых нет брюшка (и, следовательно, выделяющей феромон абдоминальной железы), даже невзирая на специальные отметки на крыльях.

Самцы невосприимчивы ко всем другим потенциальным стимуляторам, за исключением единственного: запаха полового феромона самки.

Внутренняя система тревоги

Не все феромоны означают любовный призыв. Существуют и химические сигналы, предупреждающие об опасности. Эти вещества животные выделяют, чтобы предупредить своих сородичей об опасности. После экспериментов в 1938 году с рыбками в аквариуме ученые поверили, что феромон тревоги выделяется поврежденной или напуганной рыбой, чтобы предупредить остальных. У гольяна этот феромон был обнаружен Шрекстоффом. В 1997 году зоолог доктор Энн Магуран и группа ее коллег обнаружили, что эффект предупреждения долго проявляется только в лабораторных условиях, но не в дикой природе.

Когда Шрекстофф работал с рыбой в аквариуме, из которого не было выхода, гольяны паниковали при добавлении феромона. Но когда реактив был добавлен в реку, где было много гольянов, рыбы не выказали тревоги или другого изменения поведения. Теперь кажется маловероятным, что Шрекстофф получал эффект предупреждения для гольянов в дикой природе. Сейчас ученые продолжают свои исследования, чтобы узнать, существует ли вообще феромон опасности у гольяна. Для других видов существование феромона, который предупреждает их собратьев, доказано.

Поддержите проект Мир Знаний, подпишитесь на наш канал в Яндекс Дзен

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *