Практическое значение волка — Мир Знаний

Практическое значение волка

Для человека волк вреден во многих отношениях: уничтожением скота и собак, диких копытных и других полезных животных, распространением заболеваний и непосредственными нападениями на людей. Небольшая польза, которая может быть извлечена из добываемых волков (шкуры, вполне пригодное для еды и вкусное мясо), и спортивное удовольствие, получаемое при охотах на волков, неизмеримо меньше ущерба, причиняемого здоровью и хозяйству человека этими, безусловно, вредными хищниками.

Убытки сельского хозяйства от волков в середине прошлого века только для 45 европейских губерний России оценивались ежегодно в 179 тыс. голов крупного рогатого скота и в 563 тыс. мелкого — общей суммой, по ценам тогдашнего времени, 7 млн. 600 тыс. рублей. Особенно страдало животноводство Вологодской, Новгородской, Минской, Волынской, Калужской, Орловской, Рязанской и Самарской губерний. В 1871—1873 гг. в среднем за год только в Киевской губернии волки губили 2550 (0,29%) голов крупного рогатого скота и 8550 мелкого скота (0,65%). В Волынской губернии в то же время гибель достигала 1,36% за год (12300 голов крупного рогатого скота и 19 600 — мелкого). В последующее время размер вреда то сокращался, то увеличивался, особенно возрастая в периоды социальных и экономических потрясений (войны, экономические кризисы, неурожаи и т. п.), как результат ослабления борьбы с хищниками. Это наблюдалось как у нас, так и за рубежом.

h

Сильно увеличилась вредность волка из-за возрастания его численности после первой мировой войны, а затем и гражданской. По трем республикам: Российской Федерации, Украине и Узбекистану — зарегистрировано в 1924/25 хозяйственном году 865 тыс. голов скота, погубленного хищниками, всего на сумму 15 530 тыс. рублей по тогдашним ценам. Примерно 35% убытков пришлось на Сибирь и Казахстан, а затем и другие основные скотоводческие области. По отношению ко всему поголовью скота эти потери составили в низовьях Волги 2,2%, в Сибири — 1,6%, Казахстане — 1,5%, а по всей территории СССР — в среднем 0,54%. Среди погубленных животных 16% пришлось на долю лошадей (4,2% взрослых, 11,8% молодняка), 18,1% —крупного рогатого скота (6,8% взрослых, 11,3% молодняка), 52,696 — овец, 5,8% — коз и 7,2% — свиней. Около 30% животных погибло зимой во время стойлового содержания или на зимовках. Много гибнет от волков домашней птицы и собак. Гуси ежегодно истреблялись сотнями тысяч. Летом в ряде мест они иногда составляли даже основную пищу волков. Хотя потери к 1928 г. и были снижены развернувшейся борьбой с волками, но до 1941 г. держались в пределах нескольких сотен тысяч голов скота ежегодно, т. е. оставались достаточно высокими.

В связи с ростом численности волков во время Великой Отечественной войны и после нее резко увеличился причиняемый ими вред. Так, в 1944 г. в Бурятской АССР было уничтожено волками более 5300 голов скота; в Пензенской области за 10 месяцев того же года погибло 780 лошадей и рогатого скота, более 5000 овец, 300 свиней и других. За весь год по всей области потери приблизились к 8700 голов скота. В Куйбышевской области эта цифра достигала 4200 голов скота. В овцеводческих совхозах волки в то время уничтожали ежегодно 1 —1,5% племенного стада. В Воронежской области только популяция волков, связанная с Усманским лесом, в самом лесу и в 295 колхозах, расположенных с ним по соседству, за 4 года причинила вред, оцениваемый примерно в 760 тыс. рублей. За это время в колхозах было зарезано волками 164 теленка, 163 жеребенка, 3119 коз и овец, 37 поросят, 3174 собаки и 2500 гусей. В то же время в Усманском лесу волки уничтожили 200 оленей и не менее 19 бобров. В 1946 г. только в Зыряновском и Асиновском районах Томской области было зарезано волками 600 голов скота.

О размерах вреда, причиняемого одним выводком, можно судить по тому, что в Рязанской области (Бельковский район) 2 матерых и 6 молодых волков за 8 месяцев (с мая по декабрь 1945 г.) уничтожили 6 лошадей, 1 жеребенка, 5 коров, 150 овец и коз, 3 свиней и много домашних гусей, уток и кур.

Оленеводство Ямало-Ненецкого нац. округа ежегодно теряет от волков до 1% поголовья оленьего стада; в 1948 г. потери достигали 2%. В 1951 г. они уничтожили 1708 и разогнали 7048 оленей, так и «пропавших без вести». За десятилетие эти потери исчислялись в 75 тыс. оленей. В 1952 г. в Архангельской области волки и медведи уничтожили 1282 лошади, 1343 головы крупного рогатого скота, 1806 овец и коз. Их этих потерь 64% пришлось на 7 южных районов области, где волки особенно многочисленны. Еще больший вред причинили волки оленеводству. От волков гибли от 3 до 7% поголовья домашних северных оленей. Потери скота от волков в Азербайджане составляли после войны 20—25% общих потерь в животноводстве.

Эти примеры показывают, насколько велик ущерб, причиненный размножившимися после 1941—1945 гг. волками. К нему надо прибавить вред, который наносят волки собаководству, уничтожая охотничьих собак во время охоты, иногда почти на глазах охотников; особенно страдают лайки и гончие, к которым волки подходят на голос. Но хищники истребляют и сторожевых псов, нападая на них прямо в поселках или выманивая за околицу.

Волки сильно вредят охотничьему хозяйству, уничтожая зайцев, лисиц, боровую и водоплавающую дичь, диких копытных, а также ондатру, енотовидную собаку и даже соболей. Отход молодняка кабанов, оленей, косуль, серн и кубанских туров в Кавказском заповеднике от волка составлял в течение только 5 месяцев от 34 до 61 %. В Ильменском заповеднике выводок волков за 180 дней уничтожил около 100 косуль или в среднем по 15 животных в месяц. В низовьях Или к осени от волков гибнет половина родившихся косуль и диких свиней. В глубокоснежные годы волки могут уничтожать весь молодняк. В глубокоснежную зиму 1940/41 г. в Башкирском заповеднике были обнаружены 35 разорванных волками косуль, а зимой 1942/43 г.— 8 маралух и маралят (обнаружены, конечно, не все). Семья из 7 волков за ночь съела целиком взрослую маралуху, оставив только клочья шкуры.

Один волк, попавший по льду на остров Барса-Кельмес (Аральское море) с марта по июнь зарезал 34 джейранов и 1 сайгака. Кроме того, начиная с мая он питался яйцами и птенцами чаек и ловил сусликов-песчаников. Особенно вредят волки диким копытным в степи и пустыне после отела, когда они в массе истребляют молодняк.

Усиление борьбы с волками в послевоенные годы резко снизило «волчью опасность». Однако она еще продолжает требовать серьезного к себе внимания. Даже при сравнительно малом числе хищников они опасны вследствие своей дерзости и кровожадности. Напав на богатую добычу, например отару, волки режут гораздо больше, чем им нужно, чтобы наесться. В декабре 1949 г. волк на птицеферме в Житомирской области за одну ночь зарезал 60 гусей. Волчий выводок, особенно во время «охотничьей тренировки» молодых, в одной отаре режет 60—80 овец.

Осенью 1920 г. в истоках Тобола в Кустанайской области волки (вероятно, выводок) темной ночью напали на отару, ночевавшую в степи, отбили ее от пастухов и погнали обезумевших от страха овец в темноту, убивая одну за другой. На утро в степи было найдено 52 трупа, лежавших длинной цепью по пути бегства отары. Неподалеку волки напали на табун лошадей и зарезали около 10 жеребят. Все животные были убиты характерной волчьей хваткой —у них было вырвано горло. Волк, забравшийся зимой в овчарню в д. Редковичи (Белоруссия), зарезал за ночь 18 овец. В июне 1941 г. в Ижевском районе Рязанской области 2 матерых волка напали на отару овец в загоне и в течение часа зарезали 96 животных. В ночь на 1 января 1950 г. в Шиловском районе Рязанской области 4 волка забрались в овчарню колхоза и зарезали 78 овец. В конце июня 1957 г. в с. Копанове Рязанской области волк, перескочив почти 2-метровый плетневый забор, ворвался в загон у овчарни, куда на ночь были загнаны овцы. Он зарезал и поранил 55 овец, из которых всего 5 можно было лечить. Сторожей не было, и зверь действовал беспрепятственно. По-видимому, он ничего не унес. После этого нападения забор подняли на 70 см, протянув колючую проволоку. Через несколько дней волк явился снова и опять проник в загон, использовав в качестве лаза узкий промежуток у стены овчарни, куда не дотянули проволоку. На этот раз сторожа были на месте и подняли шум, дав, впрочем, зверю возможность благополучно уйти. Он попортил всего 12 голов, из которых лечить можно было 3. Всего таким образом за две ночи он уничтожил 59 голов.

Волки — наиболее опасные распространители бешенства не только потому, что преимущественно от них заражаются собаки и другие животные (за последнее время и енотовидные собаки), ной потому, что укус бешеного волка по последствиям приблизительно в 15 раз опаснее укуса бешеной собаки. Кроме того, волки служат важными распространителями гельминтозов домашних животных. Особенно значительна роль волков в передаче возбудителя «вертячки овец» (Multiceps multiceps), частью эхинококка.

Наконец, даже здоровые волки, в очень редких, правда, случаях, нападают на человека. Более или менее проверенные случаи нападения, здоровых (не бешеных) волков на людей зарегистрированы в Белоруссии, в Кировской, Иркутской областях, в Карелии и на Украине. Все они произошли в голодное для волков зимнее время.

Так, в декабре 1947 г. в окрестностях ст. Суна Кировской железной дороги в течение месяца рыскал крупный волк-людоед. Обычно утром и вечером он обходил село, ловил собак и нападал на одиночных людей, а днем лежал в кустах у дороги, недалеко от села. В течение месяца этот волк около 15 раз нападал на людей. 13 человек он искусал и исцарапал, двух (женщину и подростка) загрыз насмерть. Убитый через некоторое время, он оказался старым крупным самцом (длина тела 138 см)у необычайно тощим. Кроме пучка женских волос, в желудке у него ничего не обнаружено. Видимо, он стал людоедом, будучи неспособным добывать копытных. Этому помогло и то, что во время войны поедание трупов волками было частым явлением.

На Украине описаны случаи нападения волков на женщин в Днепропетровской области зимой 1923/24 г.; два случая зарегистрированы в Станиславской области, один — в Черниговской (нападение на пастуха в августе), один — в Каменец-Подольской и один —в Полтавской областях, когда волки загрызли троих детей.

Борьба с волками в разных местах ведется различными приемами. Повсеместно распространено:

а) уничтожение выводков весной и летом на логовах, пока молодые еще не взматерели и не начали участвовать в охотах родителей;

б) добывание волков капканом, преимущественно зимой; в) применение отравленных приманок. Капканы расставляются на тропе («под след» или «в след»), у привады, на пахучем следу и у так называемых «мочевых точек». Помимо ядов, убивающих зверей (стрихнина и др), сейчас начинают использовать снотворные средства (например, люминал), закладываемые в приманку.

В лесной и лесостепной зонах во второй половине лета, осенью и зимой охотятся окладом или загоном, с применением флажков или без них. Удачна охота с ружьем «на подвывку». У привады, а летом у логова также и караулят волков с ружьем. В лесостепи и степи используют борзых и гончих собак, на востоке охотятся с беркутом, а иногда загоняют волков на лошадях. Этот способ был особенно распространен в Казахстане. Для него употреблялись лучшие («байтовые») лошади, хотя волк в скачке и не очень вынослив. Зверь на полном скаку убивается ударом тяжелой плети (камчи) по голове.

Уральские и оренбургские казаки при этой охоте употребляли длинные палки с корневым набалдашником на комле — на таких «укрюках» обычно крепится петля для ловли коней в табуне. Этот способ в немалой степени носит спортивный характер, однако добычлив, и в степных, частью лесостепных местностях Казахстана в прошлом был одним из главных, если не единственным.

Самоловы на волков (петли, срубы, садки, ямы) мало уловисты и имеют местное значение; в Бурятской АССР этими самоловами добыто в 1946 г. 60 волков. В Армении волков зимой добывают на незамерзающих оросительных каналах с быстрым течением и цементированными степами, устраивая там фальшивый мостик.

Значение этих способов истребления волков неодинаково. По данным конкурса на лучшего истребителя волков в 1927 г., наибольшее число хищников было добыто путем летнего истребления выводков на логовах (9,6—5,6 волка на охотника); на втором месте была борьба ядами (7,3—4,/ волка на охотника); на третьем — загон на лошадях (5,5 волка на охотника); на четвертом — добывание капканами (4—3 волка на охотника); на пятом — добывание с собаками (3 волка на охотника); на шестом — ружьем на засидках у падали (от 2,7 до 4,7 волка), на седьмом—с флажками (от 1,4 до 5,2 волка).

В 1946 г. на логовах было уничтожено только в степных районах Рязанской области 263 волчонка, в Воронежской — 265, в Астраханской — 637 волчат. Один охотник в Кировской области летом 1950 г. «на подвывку» уничтожил 38 волков, другой там же добыл этим способом в 1949 г. 17, а в 1950 г.— 36 волков. С беркутом один охотник в 1938/39 г. добыл 154 лисы и 9 волков, а другой в 1952/53 г. добыл 124 лисы и 26 волков.

За последние годы в открытых ландшафтах (тундра, лесотундра, лесостепь, степь, пустыня) и даже в лесной зоне широкое применение нашел способ истребления с самолета и аэросаней. Зимой 1945/46 г. в Куйбышевской области один летчик попутно уничтожил 180 волков. Два пилота за зиму 1947/48 г. убили с самолета ПО-2 в Татарии и Чувашии 264 волка; в Калининской области в ту же зиму было добыто с самолета ПО-2 200 волков. В Волгоградской области в марте 1949 г. за 7 дней с двух самолетов убили 38 волков. В Ненецком нац. округе до 1955 г. в среднем за год всеми способами добывалось по 57 голов (с волчатами), что сдерживало рост численности хищников, но не уменьшало ее. После применения самолетов резко возросла добыча и сократилась численность волков и вред от них. Так, в 1955 г. с самолетов было уничтожено 92 хищника, а все наземные охотники добыли лишь 72 волка; в 1956 г. с самолетов добыто 72 волка, а наземными охотниками — 48 волков.

Очень успешно загоняют и убивают волков с аэросаней. Применяется и комбинированное использование самолета (для разведки) и аэросаней, связанных радио и посылаемых по указаниям с самолета для истребления обнаруженных волчьих стай.

Вам понравится

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Поделиться записью в соц. сетях